Спектакль Театра Романа Виктюка «Служанки» - настоящая театральная легенда. Впервые Виктюк поставил пьесу французского маргинального интеллектуала Жана Жене в 1988 году. Сделал он это вопреки рекомендациям Минкульта, недовольного тем, что режиссер, следуя воле автора, все женские роли отдал мужчинам. Несмотря на то что спектаклю Романа Виктюка уже больше двадцати лет, пьеса о трагическом столкновении мечты и реальной жизни до сих пор вызывает у зрителей смешанное чувство шока и восхищения.
Благодаря разработке особой актёрской пластики Валентином Гнеушевым, хореографии Аллой Сигаловой, подбору музыки Асафом Фараджевым, костюмам Аллы Коженковой, гриму Льва Новикова, - в сочетании с актёрской игрой Константина Райкина (Соланж), Николая Добрынина (Клер), Александра Зуева (Мадам) и Сергея Зарубина (Мсьё), - Виктюку удалось создать неповторимый спектакль, который был показан во многих странах мира, собрал восторженные отзывы прессы, а самого режиссёра сделал одним из самых узнаваемых и известных театральных деятелей. Это был самый первый состав - от 1988 года.
В дальнейшем актеры менялись: в 1991 году вместо Райкина роль Соланж играл Владимир Зайцев, а вместо Зарубина роль Мсьё исполнял Леонид Лютвинский.
В 2006 году Виктюк восстановил «Служанок» и явил на суд зрителя новую редакцию легендарного спектакля, которая 18 лет назад, казалось многим, оформила окончательно его режиссёрскую манеру и сделала знаменитым в России и на Западе. При том, что режиссёром-репетитором постановки выступил Александр Зуев, имевший за плечами опыт участия как в процессе рождения спектакля в «Сатириконе», так и многолетней работы в т. н. «Второй редакции», - «Третья» использовала в качестве пластической основы хореографию именно «Второй».
Постановка: Роман Виктюк
Режиссёр: Александр Зуев
Третий состав исполнителей:
Дмитрий Бозин - Соланж
Дмитрий Жойдик, Александр Солдаткин (с 26 марта 2012г.) - Клер
Алексей Нестеренко - Мадам
Иван Никульча - Мсьё
Премьера: 28 октября 2006
Музыка
Daniel Lavoie - Ils s"aiment
Dalida - Je suis malade
Dalida - Tico tico
Dalida - Je me repose
Dalida - Monsieur l"amour
Из комментариев к одному из ЖЖ-шных материалов-отзывов на современных "Служанок":
Но самое главное: если ты видел ТЕХ "Служанок",ты влюбился в тех актеров и другой состав не воспринимаешь. Ты помнишь ощущения от Клер Коли Добрынина и не сможешь принять сердцем Клер Димы Жойдика. Хотя они обе (оба!) замечательные.
А я, пожалуй, соглашусь. Клер-Добрынин завладел(а) моим сердцем с первых же реплик спектакля. Уж ничего не могу с собой поделать. Запомнился даже в этом гриме-"маске": и необычайная пластика, и проникновенный бархатный баритон...
СЛУЖАНКИ-1991
(самая, на мой взгляд, лучшая версия из всех)
Сюжет:
Служанки в доме Мадам - сёстры Клер и Соланж Лемерсье - тайно донесли в полицию на Мсьё. В отсутствие хозяйки, страдающей по томящемуся в тюрьме супругу, служанки разыгрывают между собой сцены убийства Мадам, облачаются в её наряды и пародируют её манеру говорить. Неожиданно для них Мсьё временно выпущен на свободу - и служанки, понимая, что им грозит скорое разоблачение, решают отравить хозяйку, добавив яд в липовый отвар. В итоге гибнет Клер, принявшая яд вместо Мадам.
Жанр: Театральный ритуал
Постановка: Роман Виктюк
Год выпуска: 1991
В ролях:
Владимир Зайцев - Соланж
Николай Добрынин - Клер
Сергей Виноградов - Мадам
Леонид Лютвинский - Мсьё
Описание: Жан Жене (1910-1986) - enfant terrible французского авангарда. Написанный им в тюрьме роман «Богоматерь цветов» сначала ужасает, а затем восхищает Жана Кокто, который открывает Жене дорогу во французский литературный мир. Написанные в 1947 году «Служанки» продолжают проходящую через творчество Жене тему индивидуальной свободы, вступающей в конфликт с регламентирующим все стороны человеческой жизни социумом. Роман Виктюк первым в СССР обращается к драматургии Жене (театр «Сатирикон», 1988), делая дерзкий, вызывающе театральный спектакль, в котором условности социума оказываются поводом для восхитительной игры, как раз и дарующей искомую свободу.
Текст «Служанок» был опубликован в майском номере журнала «Арбалет» / «L’Arbalète» (№ 12, 1947) с посвящением писательнице и подруге Виолетт Ледюк / Violette Leduc.
О тексте, получившемся после переработки пьесы во время репетиций с Жувэ, драматург замечал, что он был «написан из тщеславия, но в тоске».
В 1954 году Жан-Жак Повер публикует обе редакции пьесы, - в письме к издателю автор высказывает предпочтение ранней - «болтливой», по характеристике самого Жене, - версии «Служанок».
Однако все последующие переиздания «Служанок» будут воспроизводить с небольшими изменениями более краткую «версию Жувэ».
Некоторые исследователи склонны относить драматургию Жене к пьесам т.н. «театра абсурда», - прежде всего на том основании, что хронологически публикация его пьес совпадает с выходом в свет первых пьес Э. Ионеско («Лысая певица», 1948-1950) и С. Беккета «В ожидании Годо» (1949). Другой аргумент заключается в общности построения этих пьес. В пьесах Жене, как и в абсурдистских пьесах, «действие всегда логично и последовательно, устремлено к единой цели и идее» (М.Эслин). При этом действия персонажей и в тех и других пьесах не поддаются объяснению с точки зрения бытовой логики. Драматурги подчеркивают иллюзорность происходящего, абсурдность отношений между людьми.
Исследователь театра Жене Е.Гальцова отмечает, что в прессе появилось около пятидесяти отзывов на представление, что само по себе - грандиозный успех для молодого автора. Критики расхваливали декорации Берара и игру актрис, - тогда как самого автора пьесы обвиняли в «грубости, вычурности, вульгарности, тошнотворности, упадничестве, зловонности, галиматье и пр.» - и влиянии на него Жана Кокто.
У начинающего драматурга нашлись сторонники: Тьери Монье увидел в пьесе «дар языка, внезапно свалившийся на вечно немых», Жана Тардье восхитила её скандальность.
Виолетт Ледюк / Violette Leduc, которой были посвящены «Служанки», не присоединилась к хору голосов близких друзей, стремившихся похвалить и пьесу, и спектакль - она предпочитала романы Жене. Драматург очень обиделся: впоследствии он снял посвящение.
А здесь можно прочесть саму пьесу.
Настроение сейчас - Совершеннейшая невозможность уснуть и плевать, что завтра на работу!
На спектакль «Служанки» Романа Виктюка я шла с большой долей скептицизма. Я поклонница традиционного театра, а тут, такая…нестандартная постановка. Всего 4 актера, все мужчины, в спектакле, где три роли из четырех женские. Как вульгарно, - думала я, - мужчины в юбках, странные кривляния, да и скандально известный режиссер! Но подруга моя Катька, просто огромный фанат, не побоюсь этого слова, театра Виктюка и «Служанок», в частности, она шла уже в пятый раз и вытащила и меня. Не зря.
Полный зал народа, под завязку набитый партер, множество букетов. Мы в третьем ряду у прохода. На сцене из декораций - манекены, кресло-качалка, перила. На перилах висят три цветастые юбки. Все это находится словно в стеклянном павильоне. Раздается третий звонок, но в зале по-прежнему шумно. И тут в зале появляется высокий темноволосый мужчина во фраке, который направляется к сцене. Это Мсье, один из персонажей спектакля. По мере того, как он подходит к сцене гул в зале стихает. Он поднимается по ступеням, не произнося ни единого слова, напряженно оглядывается. В зале смолкли все звуки и, кажется, слышно, как стучит твое собственное сердце. Повисает практически осязаемое напряжение. И тут, подобно бомбе, так, что даже вздрагиваешь ненароком, взрывается музыка и на сцену вылетают остальные три персонажа спектакля Мадам и ее служанки - сестры Соланж и Клер. Хотя сейчас их пока нельзя назвать персонажами, пока это умопомрачительные танцоры, которые лихо отплясывают под «Je suis malade» Далиды. Из динамиков мы слышим голос, который сначала на французском, а потом на русском объявляет, что сам автор пьесы Жан Жене был уверен, что в «Служанках» должны играть мужчины, да, только мужчины. Но вот начинается непосредственно действие….
Нет, как же я ошибалась, здесь нет ничего пошлого и вульгарного. Будь это чуть менее талантливо, оно могло бы таким стать. Но сейчас зрелище великолепно. Потрясающая игра, выразительнейшая мимика, совершенно невероятные интонации. Замечательные декорации, а от музыкального сопровождения я тихо сползала с кресла. Нечеловеческая, какая-то змеиная, гибкость и пластика. Особенно у Бозина (Соланж). Ну не может обычный человек так двигаться, так гнуться! Диалоги настолько приковывают, что даже порой забываешь дышать. Полный отрыв от реальности. Ты действительно им веришь, настолько они слились со своим персонажами. Слова тут бесполезно, равно как и почти бесполезны видео и фото, это надо ощущать . Чувствовать атмосферу самому. Когда во время Первого появления Мадам стеклянный купол- декорация окрасился зеленым, и по нарастающей на весь зал заиграли «Ils s"aiment» Лавуа, я поняла, что меня слегка вдавило в сиденье. А во время встречи Мадам и Мсье, которая состоялась в проходе под сценой через два ряда от места, где мы сидели, мамадарагая, мозг, пискнув что-то неразборчивое, ушел далеко и надолго. На сцене беснуется Клер, бросаясь на перила с криками «Мадам добра! Мадам прекрасна!», но я не могу отвести взгляд от глаз Мсье. Как же он играет-то, Господи!
После окончания драматической части, вновь играет музыка и вновь начинается хореографическая часть. Тут ребята уже просто отрываются по полной программе. Дружно отхлопывая под «Monsieur l amour», я понимаю, что обязательно приду как-нибудь еще раз. Правда, Мсье упал в моих глазах, появившись в пышном платьице с рюшами:)))), равно как и на моменте, когда Мадам отплясывал белли данс в откровенном костюмчике, я вспомнила, что традиционный театр я люблю больше. Но далее шальная позитивная энергетика, в том числе и на поклонах, куда еще выходит сам Виктюк, просто сбивает с ног. Поневоле хлопаешь до отбитых ладоней и с сумасшедшей улыбкой на лице. Потом все кидаются дарить цветы, под сценой образуется небольшая толпа, но на меня Катькой возложена миссия;), побольше фотографировать и заснять, как она дарит цветы. С трудом пропихиваясь, я чудом умудряюсь сделать этот кадр, которым сейчас даже горжусь, хоть он и получился слегка размазанным;)
Осторожно! Злословие!Сегодня (точнее уже вчера) имели неосторожность сходить на «Служанок» Жана Жене в постановке Виктюка. Главная изюминка спектакля в том, что все роли играют мужчины. Сейчас всеми этими переодеваниями уже никого не удивишь, но первый раз этот спектакль ставили в 1988 году, так что тогда, конечно, это был фурор, и это нужно учитывать. Поэтому оставим разговоры о том, что показывать трансвеститов - банально.
Итак, «Служанки»… Начнем с плюсов: мужчины в роли женщин были хороши - красивые, гибкие, накрашенные. Визуально тоже всё было очень здорово - особенно то, что касается цвета и света. Первые 20-30 минут (от начала непосредственно действия пьесы) думаешь: "Оо, теперь я понимаю, почему такой аншлаг, и люди сидят в даже в проходе!", проникаешься самой пьесой: какая история зависти, злости, ненависти! В общем, Жене молодец. Виктюк, наверное, тоже - нельзя не признать, что есть очень удачные находки: например, то, как внешне отражена змеиная сущность служанок. Они не ходят - ползают, пресмыкаются, не говорят - шипят.
Но. Но. Но через 40 минут после начала становится уже немного скучно, к тому же начинает раздражать, что актеры непрерывно кричат, пытаясь выдать крики за надрыв. Раньше, пока не прочитала Станиславского, думала, что просто я бесчувственное бревно и не чувствую этого самого надрыва - оказалось, нет. В спектакле было всего несколько моментов, когда крик был к месту, и когда он звучал по-настоящему. Один момент запомнился очень хорошо: служанки строят планы, как извести свою хозяйку, готовят ей отравленный отвар, но планы проваливаются, мадам не выпивает отвар и уходит. В этот момент служанка кричит - от ярости, от безысходности, просто от того, что она служанка и никогда не возвысится до уровня своей госпожи, от того, что не может даже уничтожить то, что ненавидит. Чудовищная, бьющая через край ненависть.
Но вот всё остальное... Не знаю в чем дело - то ли я всё-таки бесчувственное бревно, то ли... Короче, не верю. Возможно, это даже не вина Виктюка. Может быть, в этот раз был "неправильный" состав, может быть, так и было задумано, чтобы синхронно танцевали только двое из трех, может быть, так и было задумано, чтобы артисты кричали там, где лучше было шептать. Всё может быть, но к концу второго часа у меня возникло стойкое ощущение, что данный конкретный спектакль в это время и в этом месте - чистой воды... халтура. Халтура и спекуляции на желании людей приобщиться к высокой культуре. Нет, возможно, когда-то это и было чем-то действительно выдающимся, все задатки для этого есть, но сегодня волшебства не получилось - получился чудовищный фарс, плохая комедия с плохими актерами, фальшивая настолько, что последний час я сидела как на иголках, с трудом сдерживая желание вскочить и закричать "Прекратите этот кошмар!" А в конце началась дискотека - актеры прыгали по сцене, вскидывая ноги (не как в балете, а просто вскидывая ноги) под веселую, бодрую музыку. Зал хлопал - полчаса где-то. А я думала - как найти нужные слова, как извиниться перед человеком, которого я вытащила на это и станет ли она вообще со мной после этого разговаривать. А она тем временем думала, как бы поделикатнее мне намекнуть, что она, мягко говоря, не считает это всё шедевром.
- Это какой-то 3,14здец и халтура, - на весь театр говорю я, когда мы спускаемся по лестнице к выходу.
На нас оборачивается полненький рыженький мужчинка в очках, смотрит с обидой и говорит (тоже с обидой, конечно): «Ой, простите».
- Это же не Виктюк? - обалдело спрашиваю я.
- Нет, не Виктюк. Виктюк сейчас на сцене нагибается.
- Кланяется, - автоматически поправляю я. - Так вот… 3,14здец и халтура.
- А я, кстати, так боялась, что ты будешь в восторге, а мне придется признаться, что я ни черта не поняла.
- Да уж…
- А вообще-то мальчики мне понравились: такие у всех прям мышцы красивые… ух, - оптимистично говорит Ксюха.
- Красивые, но проще тогда было на стриптиз сходить…
- На стриптиз дороже.
- Правда? Вот и отлично. Значит, мы сэкономили на стриптизе.
- Ага, так это, наверное, и называется.
***
ЗЫ. Кстати, если тут есть фанаты Виктюка или если таковые вдруг забредут... Я буду совершенно не против, если вы попробуете показать мне, чего я там, в "Служанках", не увидела.
Легендарный спектакль «Служанки» – постановка Романа Виктюка, которая почти тридцать лет является признанной визитной карточкой режиссера.
Спектакль, перевернувший в конце 80-х годов сценические традиции и на долгие годы ставший символом нового театрального направления в России и мире, до сих пор продолжает этим символом оставаться. Символом начала современного театра и снятия любых театральных «табу», проверкой публики на гибкость и широту восприятия и способность хотя бы на два часа подняться над бытом и заглянуть в неведомое.
Все годы существования «Служанки», пережившие уже три редакции (1988, 1992 и 2006), покорившие несколько поколений публики по всему миру и продолжающие покорять ее по сей день, остается одновременно театральным «прорывом» и классикой, на которой учатся. Пьесу Жана Жене, одного из ярчайших литературных провокаторов, представителя французского авангарда XX века, Роман Виктюк поставил, следуя рекомендациям драматурга: все роли в ней должны исполнять мужчины. Режиссер создал мощный вневременной «театральный ритуал»: исследуемые в нем тайны человеческой души не имеют срока годности, и сценическое долголетие «Служанок» – прямое тому доказательство.
Две сестры Соланж и Клер служат в доме у Мадам. Завидуя красоте и богатству хозяйки, служанки играют в Мадам, надевая ее платья и украшения, копируя ее манеру говорить и двигаться, – и заигрываются: анонимно клевещут на любовника Мадам Месье в полицию и решают убить хозяйку, виня во всех своих несчастьях едва замечающую служанок экзальтированную женщину.
По степени магнетического воздействия на публику, сценографической выверенности и художественному совершенству «Служанки» – один из лучших образцов виктюковской игровой эстетики и своеобразный манифест его театрального метода. Спектакль представляет собой мощно заряженный синтез драмы, хореографии и музыки, в котором каждый жест, каждый поворот тела и каждая интонация работают на многократное
усиление выразительности образа. Сложный грим актеров, отсылающий к исполнителям театра кабуки, и подчеркивающие особую пластику тела костюмы добавляют происходящему на сцене дополнительную символическую нагрузку. Символы, маски, демоны, прекрасные чудовища – но только не три женщины (Мадам и ее служанки) и один мужчина (Месье).
«Я считаю, что в «Служанках» играть должны мужчины. Именно мужчины» – отправная точка для небытовой, символической и ритуализированной постановки, ставшей отдельным театральным брендом.
«Служанки» Виктюка – это квинтэссенция театральности, декларация бесспорного преобладания Игры над реальностью и абсолютное торжество красоты.
